Сергей Сперанский: музыкальный бизнес не может дать "быстрых" денег
- Сергей Леонидович, Вы занимаетесь музыкальным бизнесом почти 40 лет.
Правда, когда Вы начинали, понятия "музыкальный бизнес" у нас в стране
не существовало. Вы действовали интуитивно или у Вас изначально был
некий "бизнес-план" по развитию музыкального рынка?
- Я пришел к музыкальным инструментам не с целью зарабатывать деньги.
Вообще, вся моя жизнь связана с музыкой и с музыкальными инструментами.
С 15 лет я был музыкальным мастером: пришел учеником на завод
"Мосмузрадио". Там же, в мастерской начал заниматься на саксофоне.
Тогда было очень трудно достать "Школу игры на саксофоне", и я купил
"Школу" для гобоя. Азы мне показал мой мастер-педагог, который в
прошлом был саксофонистом. Я довольно много играл, но потом - видимо,
это было связано с возрастом - мне показалось, что это слишком тяжелый
труд. И меня потянуло к ударным инструментам, к ритмическому началу.
Еще работая в музыкальной мастерской, я поступил в вечернюю музыкальную
школу, уже как ударник. А потом была служба в армии - и тоже
"музыкальная": я играл на ударных в Отдельном показательном оркестре
Минобороны СССР.
После армии стремление к музыке не угасло. Я работал в инструментальных
ансамблях Росконцерта и Москонцерта, много гастролировал. Мы выступали
со всеми известными и модными тогда исполнителями. И в какой-то момент
я понял, что пора заканчивать. Я ведь упустил тот момент, когда надо
было серьезно заниматься музыкой. Я зарабатывал деньги. Устроиться в
солидный джазовый коллектив возможности не было - коллективов было
мало, и все места там были расписаны на много лет вперед. И в 1970 году
я задумался: каким образом сменить род деятельности, но при этом -
остаться с музыкой. Решение пришло благодаря поддержке хороших знакомых
и в большой степени - моего отца. Вообще, он всегда был против того,
чтобы я всю жизнь занимался музыкой.
В те годы был такая организация - "Москультторг". Она объединяла 90
магазинов, которые торговали товарами культурно-бытового назначения.
Музыкальных магазинов было четыре: на Неглинке, на Ленинском проспекте,
на Первомайской и на Нижней Масловке. В последний меня и
порекомендовали. И я повторюсь: я пришел в этот, как теперь бы сказали,
бизнес вовсе не с целью зарабатывать деньги. Мне были интересны
музыкальные инструменты, музыка. Кстати, когда я работал в Росконцерте,
то получал и 500, и 700, и 800 рублей в месяц. А в "Аккорде" оклад
директора составлял 120 рублей. Моя будущая жена, выпускница
Плехановского института, заведовала отделом в "Аккорде" и получала 75
рублей. Так что дело было совсем не в деньгах.
- В советское время - может быть. Но и в перестроечный, и в
постперестроечный период Вам, вероятно, пришлось заняться именно
деньгами, иначе магазин бы не выжил.
- Конечно, в 90-е годы все вокруг поменялось. Я самым первым из 90
магазинов "Москультторга" ушел на аренду, потом была приватизация.
Время, когда все вопросы по ассортименту и по закупкам за директора
решали вышестоящие отделы и управления, ушло. Все функции нужно было
выполнять самому, а значит - овладевать новыми навыками, умениями. Я
вынужден был закончить Университет экономики организации торговли,
стать экономистом. Конечно, я по-настоящему втянулся в работу, мне было
интересно все делать самому.
-Благодаря этому опыту возник Ваш учебник "Музыкальные товары"?
- Когда я пришел в "Аккорд", то был чрезвычайно удивлен: как человек,
не знающей музыкальной грамоты, может торговать музыкальными
инструментами. А было именно так, поскольку даже в Плехановском
институте будущий специалист в области культтоваров мог выучить лишь 40
строчек о холодильниках и пылесосах. А о музыкальных инструментах -
ничего.
И по просьбе издательства "Экономика" я написал учебник "Музыкальные товары", потом он был даже переиздан.
- Юбилей - это всегда своеобразное подведение итогов. Вы довольны
"новейшей историей" "Аккорда", развитием в последние 15-20 лет?
- С точки зрения экономики мы не можем похвастаться тем, что у нас все
очень хорошо. Музыкальный инструмент - это товар, который человек
покупает не каждый день. А рояль - может быть, один раз на всю жизнь. Я
немного преувеличил, но действительно - это не продукты питания и даже
не автомобили. А содержать большие торговые площади и коллектив (а у
нас около 100 человек), различные службы очень сложно. И прибыли нам
хватает ровно на то, чтобы покрыть издержки и содержать людей. Кстати,
и за рубежом мало предприятий, которые имеют такие огромные площади. А
у нас - и магазин на Нижней Масловке, и филиал на улице Добролюбова...
Конечно, можно поставить вместо музыкальных инструментов игровые
автоматы и зарабатывать в десятки раз больше... Постоянно анализируем
свою деятельность: как "ведет себя" то или иное направление. У нас ведь
около 7.000 наименований - от струны до концертного рояля!
Мы в течение 40 лет стараемся "держать" основные направления. Меняться
могут технологические процессы, оборудование. А философия ведения
бизнеса остается. И насколько мы преуспели - это понятие относительное.
Если несколько лет назад у меня был один компьютер, то теперь их 12.
Есть свой wеb-сайт.
Другое дело, что всегда хочется больше. Но мы не привлекаем никаких вспомогательных сил, не берем кредиты в банках.
Движение есть. Для тех, кто занимается оперативным бизнесом, оно не
столь заметно. А те люди, которые работают со мной, это движение
чувствуют.
Главное, что мы работаем "правильно" на протяжении многих лет. Сейчас
ведь многие коммерсанты работают "как не надо", потому что не знают,
как надо.
- А что значит работать "правильно"?
- Музыкальный бизнес в России пока не очень цивилизован. Он стихийный, а любое проявление стихии - преходяще, временно.
Вообще, музыкальный бизнес не может дать быстрой материальной отдачи,
"быстрых" денег. Чтобы что-то получить, надо очень много вкладывать.
Конечно, если заниматься музыкальными инструментами серьезно. Ведь от
зарабатываемых денег надо получать удовольствие, радость. А это
возможно только при осмысленной, целенаправленной, долгосрочной и
честной работе.Конечно, "правильно" заработать очень сложно. При этом
во всем цивилизованном мире порядочно работать гораздо выгоднее! Другое
дело, что в России нас ставят в такие ситуации, которые вынуждают идти
на ухищрения. Но с возрастом на многие вещи смотришь по-другому, видишь
немного дальше и чувствуешь, что лучше поступиться какой-то выгодой, но
работать порядочно.
- Теоретически верно. Но сегодня количество компаний, предлагающих
музыкальные инструменты, огромно. Если раньше в Москве было 4 магазина,
то сегодня, наверное, 104. Вас не беспокоит конкуренция?
- Все те, кто начинает заниматься музыкальным бизнесом, думают, что это
бизнес легкий. В основном, это музыканты: бросают музыку, думают, что у
них все быстро и просто получится. Сейчас все не проблема: арендовать
площадь, взять кредит в банке... Но чудес не бывает: можно напрячься
один раз, стартануть. А вот удержаться на дистанции - это сложнее. А
ведь главный показатель - это стабильность.
Конечно, есть фирмы, в которых работают два-три родственника. Они могут
раз в год продать дорогой инструмент, и им этого достаточно. Но это не
называется музыкальным бизнесом. С другой стороны, страна у нас
большая, да и Москва не маленькая. Раз люди работают, значит - находят
свою нишу.
- А Вы нашли свою? Кто Ваши клиенты?
- Я давно понял, что придет время, когда потенциального клиента не надо
будет уговаривать. Он сам должен выбрать, где ему комфортней, где его
не обманут, где он почувствует к себе особое отношение. Сегодня к нам в
"Аккорд" приходят наши давние клиенты уже с внуками...
Я повторюсь, главное - это стабильность. В том числе, и в отношениях с клиентами.
Многие "начинающие" меня не могут понять. Приходят в "Аккорд", смотрят
- а у меня много балалаек и гармошек. Закупают вагон балалаек, а он у
них не расходится. А ко мне приезжают из самых дальних уголков, сидят,
играют. Конечно, от этих балалаек и гармошек доход - капля. Но все
зависит от того, какие ты перед собой ставишь цели. Или ты работаешь
как творческий человек или ты на этих инструментах делаешь деньги.
- Судя по Вашей благотворительной деятельности, Вы деньги еще и
тратите. Ведете циклы концертов в Музее имени Глинки и в собственном
салоне, поддерживаете фестивали и конкурсы.
- Многие пробуют рекламировать себя путем концертов, путем приглашения
известных музыкантов. Проведут акцию и думают, что теперь будет "лом".
А лома нет и через 10 лет, и через 15. Для бизнеса 10-15 лет - это не
срок. Для того, чтобы получился настоящий бренд, "лицо", надо
значительно больше. Говорят, надо до 40 лет работать на имя, а потом
имя будет работать на тебя.
Я не лукавлю, я провожу циклы концертов и мастер-классов в "Аккорде",
так как мне самому это интересно. Я не рассматриваю это только как
рекламу. Конечно, это привлекает внимание к салону, к музыкальным
инструментам. Слушатели понимают, что тут им и посоветуют, и
проконсультируют.
Мы уже более 10 лет выпускаем журнал музыкальной культуры "Аккорд".
Полноцветный, дорогой - и абсолютно бесплатный. В нем мы пишем только о
том, что сами делаем. Тем самым я поддерживаю свою деятельность. И
веете, кто со мной работает, мои единомышленники понимают, что журнал
является просветительским. И ни у кого не возникает мысли не тратить
денег на журнал, а, например, поделить их. Кстати, весь коллектив
каждую пятницу посещает наши вечера. Не потому что они обязаны, а
потому, что им это интересно.
Я точно знаю, что если бы занимался не музыкой, а бизнесом, то мог бы
преуспеть с точки зрения экономики. Но я знаю, что главное - это не
материальное удовлетворение, а духовное. Я занимаюсь своим любимым
делом. Нравится какой-то цикл, я его открываю, придумываю программу,
веду.
- Создается впечатление, что Вы постепенно уходите от бизнеса в творчество.
- Знаете, бизнесом вообще надо заниматься до 27-30 лет. А потом
заниматься творчеством в свое удовольствие. Просто мы "задержались",
попали в другую ситуацию.
Конечно, я постепенно начинаю передавать некоторые вопросы. Теперь я
могу себе позволить больше заниматься общественной деятельностью,
журналом.
В "Аккорде" работает мой сын. Он закончил консерваторию по классу
валторны, играл в оркестре у Геннадия Рождественского, потом,
соответственно, у Валерия Полянского. Знает музыкальные процессы
"изнутри". Он уже на протяжении ряда лет помогает мне. И его свежий
взгляд очень важен. Мы вместе постоянно анализируем все, что делали
раньше, что делается сегодня.
- И какой совет Выдали бы продолжателю Вашего дела сегодня?
- Самое главное - не потерять лицо. А для того, чтоб не потерять, надо
им дорожить. И все время для этого что-то делать. Нельзя обманывать,
потому что очень сложно восстановить доверие.
А вообще, если человек сам "не заряжен", его "подзарядить" невозможно.
Он сам должен чувствовать, что дает ему силы: искусство - музыка,
книги, живопись - или природа...
